Шардаринское водохранилище — ключевой водный резерв Туркестанской и Кызылординской областей, обеспечивающий питьевой водой десятки тысяч жителей и подачу для полива тысяч гектаров сельхозугодий. Сегодня оно находится в критически низком состоянии. На 13 августа 2025 года запас воды составил лишь 232 миллиона кубометров — в пять раз меньше безопасного уровня.
Роль «Казводхоза»
Особое внимание вызывает работа РГП «Казводхоз», находящегося в ведении Министерства водных ресурсов и ирригации РК. Это предприятие отвечает за управление Шардаринским водохранилищем и распределение воды внутри страны.
Несмотря на то, что Министерство сельского хозяйства ещё в начале сезона предупреждало о необходимости ограничить посевы влаголюбивых культур, особенно риса, «Казводхоз» заключал договоры на подачу воды в объёмах, превышающих установленные лимиты. Более того, значительная часть этих договоров была оформлена без согласования с акиматом Туркестанской области.
В результате в 2025 году плановые посевы риса в регионе были превышены почти в два раза — вместо допустимых 6,6 тыс. га засеяли 13,1 тыс. га. Фермеры, получившие договоры, были уверены, что их обеспечат поливной водой, и сделали ставку на рис — самую влаголюбивую культуру. Если бы таких договоров не было, многие выбрали бы другие, менее требовательные к воде культуры, что снизило бы нагрузку на Шардаринское водохранилище и каналы, питающие Кызылординскую область.
Международный протокол: почему Казахстан получил меньше всех
5 апреля 2025 года на заседании Межгосударственной координационной водохозяйственной комиссии (МКВК) был утверждён лимит распределения воды из Сырдарьи и Амударьи на вегетационный период. Казахстану по каналу «Дустлик» выделили лишь 909 миллионов кубометров — меньше, чем любому другому участнику.
Для сравнения:
• Узбекистан получил 8,8 млрд м³,
• Таджикистан — 1,9 млрд м³,
• Кыргызстан — 270 млн м³.
В прошлые годы объём для Казахстана был выше: в отдельные сезоны — более 1 млрд м³. Снижение лимита стало серьёзным ударом для южных регионов.
По протоколу, прогнозировалось, что приток в Шардаринское водохранилище составит 3,1–3,6 млрд м³, однако фактически он оказался значительно меньше. При этом, несмотря на дефицит, фиксировались сбросы сверх согласованных объёмов — в том числе в сторону Арнасайской низины.
Незаконные водозаборы и приоритет риса
Кризис усугубили выявленные на участке Сырдарьи незаконные насосные установки, перекачивавшие воду без учёта. Только эти несанкционированные заборы могли отбирать десятки миллионов кубометров — объёма, которого хватило бы для орошения крупных площадей или обеспечения целых районов в период пика поливов.
Дополнительно на ситуацию повлиял приоритет, который получили рисовые хозяйства. Каждая лишняя тысяча гектаров риса в 2025 году означала миллионы кубометров, недополученные другими культурами и населёнными пунктами.
Последствия для экосистемы и энергетики
При падении уровня ниже 200 млн м³ возможно массовое вымирание порядка 2 тыс. тонн рыбы из общей ихтиомассы в 10,8 тыс. тонн. Это приведёт к приостановке промысла минимум на пять лет. Уже остановлено зарыбление — вместо плановых 740 тыс. мальков в 2025 году не выпущено ни одного.
Энергетика также под угрозой: при низком уровне воды Шардаринская ГЭС не сможет вырабатывать привычные объёмы электроэнергии, что ударит по энергоснабжению юга страны.
Почему это требует ответа
Совокупность факторов — от решений международной комиссии до действий «Казводхоза» и роста посевов риса — привела к тому, что стратегическое водохранилище оказалось в кризисе. Остаётся открытым вопрос: почему Казахстан получил наименьший лимит воды и каким образом распределялись ресурсы внутри страны.